«Решение израильского правительства относительно так называемого «геноцида армян» вызывает серьезную озабоченность». Об этом сказано в официальном комментарии МИД Азербайджанской Республики — после того, как 28 июня правительство Израиля утвердило к голосованию в кнессете резолюцию, признающую события 1915-1917 гг в Османской Турции геноцидом.
Джейхун Байрамов, министр иностранных дел Азербайджана. Фото: Associated Press
«Искажение исторической правды о событиях 1915 года и превращение сложных исторических процессов в предмет политических решений, далеких от правовых и научных основ, недопустимы, — сказано в комментарии. — Подобные шаги не способствуют примирению и взаимопониманию, а, наоборот, усугубляют существующие конфликты и препятствуют усилиям по установлению прочного мира и примирения в регионе.
Мы призываем правительство Израиля пересмотреть это решение.
Азербайджан продолжит последовательно отстаивать историческую истину, уважать принципы международного права и содействовать установлению прочного мира в регионе».
История театрального искусства горских евреев насчитывает немногим более ста лет. Однако его истоки следует искать гораздо раньше — в народной культуре, праздничных гуляниях, песнях, шутках и импровизированных представлениях, которые на протяжении многих поколений сопровождали жизнь общины.
Красная Слобода всегда славилась своими музыкантами, певцами, ашугами и народными талантами. Здесь, среди праздничных гуляний, народных представлений и веселых молодежных собраний, постепенно формировались местные театральные традиции.
На народных праздниках и торжествах наряду с музыкантами, певцами и ашугами большой популярностью пользовались маскарабозы. В языке горских евреев слово «мэсғэрэ» означает насмешку, высмеивание, шутку, а выражения «мэсғэрэ сохдэ», «э мэсғэрэ дэшэндэ», «э мэсғэрэ вэнкэсдэ» — высмеивать, насмехаться, подшучивать.
Маскарабозы были своеобразными народными актерами и сатириками, острословами, балагурами и пародистами, которых можно считать предшественниками современного театра и эстрадной комедии. Само слово «маскарабоз» имеет персидское происхождение и означает шута, балагура или народного комедианта.
Маскарабозов любили и дети, и взрослые. Их всегда ждали с нетерпением. Они умели одним удачным словом рассмешить всю округу, а порой в шутливой форме рассказать о том, о чем всерьез говорить было не принято. В юмористической и пародийной форме маскарабозы рассказывали о событиях, происходивших в общине, высмеивали человеческие слабости и нередко говорили вслух то, о чем другие предпочитали молчать.
Сегодня, когда читаешь воспоминания старожилов о маскарабозах, невольно понимаешь, что это было не просто развлечение. В те времена, когда не существовало ни телевизора, ни радио, ни профессионального театра, именно они приносили людям смех, новости и возможность взглянуть на себя со стороны. Народная память сохранила их имена гораздо лучше, чем имена многих официальных деятелей своего времени.
Например, во время праздника Ошана Раба (Гэрэво) девушки и юноши собирались на поляне за селом, поселком или слободой и веселились до самого рассвета. Звучали песни, музыка, молодежь танцевала и шутила. Подтрунивали друг над другом и над местными знаменитостями, пародируя их высказывания, походку, движения и манеру говорить. Те, кто обладал хорошим голосом или артистическими способностями, подражали певцам, музыкантам, поэтам и ашугам.
Особым событием для молодежи Еврейской Слободы становились выступления канатоходцев, проходившие на поляне. Здесь роль клоуна исполнял один из слободчан, облаченный в маску шакала. Его появление неизменно вызывало восторг зрителей.
Мне не раз приходилось слышать рассказы пожилых жителей Красной Слободы о таких вечерах. В их воспоминаниях они всегда оставались временем молодости, свободы и радости. Когда слушаешь эти рассказы, начинаешь понимать, что будущий театр горских евреев родился не на сцене, а именно здесь — среди песен, шуток, дружеских поддразниваний и народного веселья.
Маскарабозы и пародисты были практически во всех местах компактного проживания горских евреев. Однако особенно богаты народными талантами были крупные общины Губы и Дербента.
В Красной Слободе большой популярностью пользовались ашуги Рафоил и Беньямин-Давид, зурначи и музыканты Мардехай и Мелкей-Гаиш. Эти талантливые самородки стремились выразить в творчестве свою жизнь, свои переживания и чувства. В их стихах и рассказах нередко звучали мотивы жизненных трудностей и горькой доли, однако чаще всего главной темой оставалась любовь.
Именно из этой среды народных музыкантов, певцов, ашугов и маскарабозов выросли первые самодеятельные театральные коллективы Красной Слободы.
В начале 1920-х годов в Красной Слободе, в трехэтажном особняке купца Асафа Агабабаева, конфискованном советской властью, третий этаж был переоборудован под небольшой зрительный зал с крохотной сценой. Именно здесь делали свои первые шаги самодеятельные артисты.
Немного позже под клуб переоборудовали одну из синагог Красной Слободы, расположенную неподалеку от дома Агабабаева. Так бывшая синагога стала главным культурным центром местной молодежи. Здесь появилась просторная сцена, а зрительный зал вмещал около двухсот человек.
Молодежь Еврейской Слободы представляла в художественной форме события текущей жизни. По сути, это был своеобразный творческий коллектив, участники которого сами сочиняли куплеты, писали сценки, пели и танцевали. Их выступления неизменно собирали полные залы и пользовались большим успехом.
Руководителем драматического кружка стал один из жителей Слободы — Яков Бираров. По профессии он был фельдшером. В молодости Яков неоднократно посещал театры Стамбула и ряда европейских городов, куда выезжал по торговым делам своего отца Юшвага Бирора. Будучи страстным театралом, он с большим энтузиазмом возглавил драмкружок.
В большинстве случаев пьесы писали сами участники представлений. Они высмеивали пороки общества и жизненные ситуации, хорошо знакомые зрителям. Люди, сидевшие в зале, без труда понимали, о ком и о чем идет речь.
Особым успехом пользовались песни и куплеты, написанные Н. Соломоновым, И. Хануховым, А. Авадьяевым, Я. Бираровым и Я. Агаруновым.
С установлением советской власти на Кавказе число любительских драматических кружков значительно возросло. В Красной Слободе драмкружок Якова Бирарова постепенно превратился в полноценную драматическую труппу.
Наряду с сочинением стихов, куплетов, рассказов и инсценировок талантливая молодежь занималась переводами и театральными постановками. Именно тогда Яков Агарунов перевел на джуури пьесу Узеира Гаджибекова «Аршин мал алан», ставшую одной из первых крупных театральных работ.
Дальнейшая история драматического кружка связана с именами энтузиастов, которые создавали театр практически без декораций, реквизита и профессиональной подготовки, но с огромной любовью к сцене.
Думая сегодня о первых драматических кружках Красной Слободы, трудно не восхищаться их создателями. У них не было театрального образования, богатых декораций или специального оборудования. Но у них было главное — желание творить и рассказывать о своей жизни языком искусства. Именно благодаря таким энтузиастам в небольшой горско-еврейской общине родилось театральное искусство, которое спустя десятилетия стало частью культурного наследия целого народа.
На протяжении многих десятилетий клуб Красной Слободы оставался главным центром культурной жизни общины. Здесь звучала музыка, ставились спектакли, демонстрировались кинофильмы, делали первые шаги будущие артисты, музыканты и танцоры.
Доктор Лия Микдашиева, куратор Национального Музея Израиля, Иерусалим
Мир-Теймур Мамедов не только художник-керамист, но и историк, философ и хранитель духа старого Баку. Знаменитый мастер рассказывает, как превратить ремесло в высокое искусство и сохранить живую историю в обожженной глине.
"Те, кто к гончарным печам относятся свысока, не понимают, что человек, создавший машину для обжига - создал инструмент, на котором гончар может играть, как на органе. Там отверстия на разной высоте, 40 см, 50 см, и значит, отец мог говорить сыну - "закрой то отверстие, и открой эту заслонку" - и тогда пламя шло по другому. Когда я смотрю на такие печи, я вижу, что могу как дирижер руководить огнем...", - говорит мастер. Сюжет об искусстве азербайджанской керамики вышел на азербайджанском телеканале CBC-Azerbaijan.
Тегеран в последние дни начал медийную кампанию, направленную на подрыв связей между еврейским и азербайджанским народом. Главной целью иранских пропагандистов стал Альберт Агарунов, сообщает израильский «7 канал». В Telegram, TikTok, «X» и Facebook начали распространяться публикации на азербайджанском языке, пытаюющиеся принизить подвиг Агарунова. В них азербайджанцев убеждают, что его героическая история — якобы, «фальшивка» и «ложь, которая разоблачена».
Альберт Агарунов, горский еврей, родившийся в Баку в 1969 году, добровольно поступил на службу в азербайджанскую армию. Служил командиром танка во время Первой Нагорно-Карабахской войны и погиб в битве за город Шуша 8 мая 1992 года. Посмертно ему было присвоено звание Национального героя Азербайджана. Павший воин похоронен в Баку, в его честь названа школа, в столице воздвигнут памятник в его память, есть памятные монументы и в других гороадах страны.
Хэштеги и язык кампейна ассоциирующиеся с подрывными группами, поддерживаемыми Тегераном. В Азербайджане это вызвало резкое недовольство граждан: участники онлайн-дискуссий в подавляющем большинстве отвергают клевету, по-прежнему благодарны Израилю за помощь в сфере безопасности.
Агарунов никогда не скрывал свое еврейство. Учебники истории Азербайджана его называют символом многонационального и толерантного характера этой страны. Это вызывает ярость аятолл, и нынешний информационный кампейн — лишь одно из событий в длинной череде попыток испортить дружбу между евреями и азербайджанцами, а также между Баку и Иерусалимом.
Аналогичные нарративы периодически распространяют рупоры Корпуса стражей исламской революции, включая информационные агентства Tasnim и Fars, с 2011 года. Как правило, они совпадают по времени с антиазербайджанскими публикациями в крупных СМИ Запада, на другие темы. «Нынешнее нападение на память об Агарунове является частью более широкой схемы гибридных угроз», — заявил источник «7 канала» в политических кругах Израиля.
Комитет Милли Меджлиса по международным отношениям также недавно сообщил, что Азербайджан сталкивается с хорошо спланированной атакой иранских сетей влияния. Фейковые личности и аккаунты в соцсетях отвергают независимую политику Азербайджана, убеждают, что «Баку работает в интересах Израиля», и пытаются подорвать социальную сплоченность в этой стране.
Депутат иранского парламента позволил себе новый агрессивный выпад против Азербайджана. Абульфаз Зохреванд, член комитета национальной безопасности и внешней политики, заявил, что Азербайджан может быть «стерт с карты в течение 3-4 часов», если предпримет действия против Ирана или будет сотрудничать с его врагами.
Нет смысла рассуждать о том, до какой степени Абульфаз Зохреванд идиот. Примеры, когда соседнюю страну один из союзников Ирана обещал захватить за 3 дня, всем известны. Как и то, сколь плачевно все закончилось при том, что финансовые и военные возможности России в 2022 году были несоизмеримо выше, чем возможности Исламской Республики Иран в 2026-м — который у России просит помощи и поддержки, а не наоборот. К тому же иранский депутат призвал к углублению сотрудничества между Тегераном, Москвой и Пекином и даже предложил создать совместное военное командование для трех стран — хотя и Москва, и Пекин ранее и явно, и в закулисных переговорах отказались прямо участвовать в конфликте, который Иран развязал с США и Израилем.
Фото: Associated Press
Грозил депутат не только Азербайджану, но также Объединенным Арабским Эмиратам и Кувейту. Таких полезных идиотов в Иране использует КСИР в качестве «непрямого канала передачи угроз», а также для внутреннего пользования. Сам Зохреванд — известный националист-консерватор, тесно связанный с силовиками и относящийся к лагерю «хранителей революции 1979 года» (в Иране таких называют «принципиалистами».
Посмотрите на снимок, который распространило информационное агентство ICANA — оно явно показывает, кто в Иране принимает любые решения хоть сейчас, хоть до начавшегося 28 февраля нового витка войны с США. На этом фото иранские парламентарии, облачившись в форму боевиков Корпуса стражей исламской революции, скандируют лозунги на заседании парламента в Тегеране. Снимок был сделан 1 февраля 2026 года, когда еще были живы и аятолла Хоменеи, и многие другие военные и политические руководители Ирана. Это к вопросу о том, кто кого реально может стереть с карты за 3 дня.
В 2000-х Зохреванд служил заместителем секретаря Высшего совета национальной безопасности Ирана — этот Совет координирует внешнюю политику, военные и ядерные программы. Но за последнее время известен лишь своими истериками в парламенте, за что в 2025 году даже был наказан Верховным судом Ирана — большая редкость для этой страны. Впрочем, наказание было мягким и ничему дедушку не научило (во время исламской революции ему было 20), поэтому в январе 2026 года он заявил, что если США начнут прямую войну против Ирана, то для американского руководства последствия будут катастрофическим, а в одном из интервью сказал: «Если Трамп нападет на Иран, он станет последним президентом Америки».
Но сам факт, что в Иране оставляют безнаказанными подобные выпады против соседей, нельзя списать на принцип «чего с идиота взять», все-таки в этом случае речь идет об одном из законодателей, и сказанно им это после теракта, который Иран провел против объектов в Нахчивани.
Из Азербайджана одичавшему иранцу ответили депутат Милли Меджлиса Гая Мамедов, который назвал клеветническое и угрожающее заявление Зохреванда провокацией против усилий Баку и Тегерана сохранить стабильность во взаимных отношениях. Он призвал правительство и парламент Ирана осудить эти слова и принять меры — чего так и не сделано до сих пор. А политолог Сона Алиева назвала слова Зохреванда не просто угрозой, но проявлением «геополитической беспомощности и страха» части тегеранских кругов перед новым балансом сил на Южном Кавказе. Баллансом, в котором одну из главных и определяющих ролей играет теперь Азербайджан, а не Иран.
7-й Летний лагерь молодежи диаспоры пройдет 2–8 августа 2026 года. Он организован совместно Государственным Комитетом Азербайджанской Республики по работе с диаспорой и Фондом Гейдара Алиева.
В связи с оглашением 2026 года «Годом градостроительства и архитектуры», в этом году лагерь пройдет в Зангилане — в одном из прекрасных уголков Восточного Зангезура, который сегодня активно возрождается.
Что вас ожидает в лагере? Программа насыщена как познавательными мероприятиями, так и незабываемыми впечатлениями:
Исторические поездки: знакомство с историко-культурными памятниками Восточного Зангезура и Карабаха.
Специальные встречи: общение с членами семей павших, героями-ветеранами и экспертами из различных сфер.
Нетворкинг: новые знакомства с азербайджанской молодежью, прибывшей из разных стран мира, и укрепление связей между диаспорами в разных странах.
Развлекательная программа: интеллектуальные игры и разнообразные культурно-развлекательные мероприятия.
Условия участия
Возраст: от 18 до 29 лет.
Знание языка: желательно владеть азербайджанским языком на разговорном уровне, но если этого нет — достаточно говорить на английском или русском языке. Везде, где понадобится, будет переводчик.
Финансирование: все расходы участников полностью покрываются организаторами.
Подача заявки и этапы отбора
Желающим принять участие необходимо до 15 июня 2026 года заполнить онлайн-анкету на странице регистрации: www.diaspor.gov.az/qeydiyyat
Отбор будет проходить в два этапа: после рассмотрения заявки (анкеты), состоится видеоинтервью. Если молодой человек уже в прошлом посещал этот лагерь, он не сможет вновь туда поехать сейчас.
По всем вопросам дополнительным вопросам, или если возникнут сложности с заполнением анкеты — пожалуйста, обращайтесь на emil71@gmail.com или (+972)543-051142 (только вотсап).
Виды Зангилана — официальный сайт Президента Азербайджана
С 2022 года израильское министерство сельского хозяйства продвигает с Баку проект, который должен превратить Азербайджан в один из источников пшеницы для Израиля, в скором будущем. Израиль даст технологии агротека, опыт хранения и подбора сортов, за что получит приоритетное право выкупать часть зерна, выращенного на отведенных для этого полях Азербайджана.
В апреле 2022 года Авигдор Либерман, в тот момент министр финансов, в очередной раз посетил Баку. Среди заявленных тем визита значился и вопрос поставок азербайджанской пшеницы. Это удивило многих: ведь известно, что Азербайджан и свои собственные потребности в пшенице не покрывает, и недостаток импортируется. Туман не рассеяло и первое публичное представление идеи: в мае тогдашний министр сельского хозяйства Израиля Одед Форер (НДИ) в интервью азербайджанскому изданию Report.az сказал, что Израиль готов покупать пшеницу у Азербайджана, если страна сможет выйти на экспортные объемы. Не «расшифровывая схемы», на которую мы указали выше.
Экстренно решать проблему Либерман начал сразу после начала российской агрессии против Украины, поняв, что это теперь надолго. Форер прямо объяснил логику новой идеи. Израиль слишком мал, чтобы выращивать всю нужную ему пшеницу, и после удара по поставкам из России и Украины нуждается в диверсификации постащиков. Тогда же обсуждалась возможность создать израильско-азербайджанские рабочие группы и подготовить стратегический план на пять, а возможно и десять лет вперед.
Вскоре, однако правительство Беннета-Лапида пало, Либерман и Форер ушли в оппозицию. Но преемник Форера, новый министр сельского хозяйства Израиля Ави Дихтер продолжил начатое, и подписал с Азербайджаном, с также и Узбекистаном, декларации о намерениях в рамках программы Treat the Wheat, которая призвана обеспечить Израилю стабильные поставщики пшеницы и в обычное время, и в военное.
Израиль потребляет ок. 2,3 млн тонн пшеницы в год. Импортирует около 90%, здесь выращивается всего около 60 тысяч тонн. Азербайджан потребляет около 2.8 млн тонн пшеницы в год, импортируя около 45%. Азербайджан — не единственная страна, в которой Израиль пытается создавать «свои поля». «В этот период глобальной неопределенности многие страны заинтересованы в сотрудничестве с нами, исходя из общих интересов. Мы продолжим создавать больше партнерских отношений между Государством Израиль и другими странами, тем самым обеспечивая продовольственную безопасность для граждан Израиля», — сказал, подписывая соглашение с азербайджанским коллегой, министр Ави Дихтер.
…Признаюсь, я ехал в Баку не без опаски, несмотря на все расхожие фразы о том, что в этом городе и в Азербайджане в целом никогда не было антисемитизма. Слишком уж много откровенно антисемитских, проиранских и пропалестинских постов появилось в последние месяцы в русскоязычном сегменте азербайджанского интернета, отчего невольно возникало опасение, что фундаменталисты смогли добиться своих пропагандистских целей и в этой стране.
Кроме того, я хорошо знал, что Иран в последние десятилетия активно работал в Азербайджане, а значит, есть в этой стране благодатная почва для вербовки агентов и террористов, что резко увеличивает опасность нападений на еврейские объекты, живущих здесь евреев и израильских туристов…
Так или примерно так я думал, сидя в самолете, несшем меня в столицу Азербайджана. Но действительность, как обычно, оказалась совсем другой…
Фото: Associated Press
Тегеран – это за углом
Первой эти мои опасения развеяла симпатичная администратор нашей гостиницы по имени Айгюн.
– Ну, как у вас там? – спросила она, взяв в руки израильский паспорт. – Успокаивается или еще нет? Поверьте, почти все сегодня в Азербайджане болеют за Израиль и желают вам победы над Ираном. Иран и иранцев мы здесь очень не любим.
– Почему? – удивился я. – Вроде бы соседи и той же веры…
– Да при чем тут вера?! Во-первых, все эти годы Иран был союзником Армении, помогал ей воевать против нас и продолжать оккупировать наши земли. Во-вторых, именно из Ирана к нам приходят наркотики и все остальное зло. Да и не забывайте, что большая часть Азербайджана и азербайджанцев находятся сегодня под властью Ирана! Так за что же нам их любить?!
Получая ключи от номера, я вспомнил, что впереди нас ждет суббота, соблюдать которую за границей бывает очень непросто.
– У меня в пятницу вечером и в субботу утром будет к вам одна деликатная просьба, – начал я…
– Открыть вам дверь электронным ключом и включить-выключить свет? – улыбнулась Айгюн. – Я это уже знаю, так что не волнуйтесь, все сделаем наилучшим образом…
«А кто вам сказал, что их было 30 тысяч?»
На следующий день, как и было запланировано, я встретился с одним из видных местных специалистов по Ирану. И первым делом, разумеется, спросил, насколько сейчас в Азербайджане безопасно для израильтян и евреев в целом?
— Я думаю, куда более безопасней, чем в любой стране Европы, – ответил он. – Наша полиция и спецслужбы хорошо поработали над тем, чтобы загнать проиранские силы глубоко в подполье. Вряд ли они в ближайшее время осмелятся поднять голову.
Уже после этого я задал главный из заготовленных вопросов: есть ли, по его мнению, шанс на то, что протестное движение в Иране приведет к смене нынешнего фундаменталистского режима? Особенно, если учесть, что во время последней волны волнений было убито порядка 30 тысяччеловек, и в стране царит атмосфера страха и властного произвола?
– А кто вам сказал, что их было 30 тысяч? – спросил мой собеседник. – По нашим данным, причем по самым скромным оценкам в результате репрессий последних месяцев пострадало не менее 100 тысяч человек. Но вы правы в главном: это – тот случай, когда количество переходит в качество, то есть страх попасть в эту мясорубку оказывается так велик, что парализует волю к действенному протесту, загоняет его внутрь.
Чтобы вы поняли, что именно сейчас происходит в Иране, я расскажу вам историю одного моего знакомого, доцента университета. Понятно, что преподаватель университета – это отнюдь не элита. Скорее, по доходам – типичный представитель среднего класса. И вот пару месяцев назад у них пропадает дочь. Больше недели о ней не было ни слуху, ни духу, а затем в доме раздается звонок. И голос в трубке сообщает, что их дочка арестована по обвинению “в оскорблении чести Аллаха”.
Вы знаете, что это за статья? В сущности, поводом для предъявления такого обвинения может стать что угодно: атеистическое мировоззрение, критика властей, признание в симпатии к Израилю и т.д. Главное заключается в том, что наказание за такое преступление может быть только одно – смертная казнь.
“Так что, – продолжает этот голос в трубке. – Либо мы, все, кто сейчас находится в этой комнате, лишим твою дочку девственности, а потом пошлем на виселицу, либо ты приносишь десять тысяч…”
– Простите, десять тысяч чего?
– Долларов, разумеется. Сегодня в Иране, с учетом гигантской инфляции это – огромная сумма. Но, разумеется, ради спасения дочери семья моего знакомого деньги эти достала.
Я сам знаю о жизни в Иране не понаслышке, так как после окончания университета был направлен туда на стажировку и какое-то время жил в этой стране, — продолжает мой собеседник. — Правящий в Иране режим кто-то очень точно назвал “исламонацизмом”. Я думаю, что он даже опаснее и отвратительнее, чем немецкий нацизм, так как Гитлер и его сторонники были прямолинейны и честно говорили, чего хотят. Иранцы же отлично умеют изворачиваться и запутывать картину; это запутывание – часть их культуры.
Одновременно во многом сходство с нацизмом абсолютное: то же подавление любого свободомыслия, та же промывка мозгов, превратившая значительную часть населения в зомбофанатиков. Если же говорить не о людях, а о тех силах, которые правят современным Ираном, то это прежде всего страх и лицемерие.
Я приведу в качестве примера другого моего приятеля, тоже профессора университета, который раз в неделю-две запирается в своем кабинете, раздевается догола и один выпивает две бутылки водки, то есть напивается до полной потери сознания. Как-то я спросил его, для чего он все это делает. “Таким образом я протестую против правящего режима! По-другому просто боюсь!” – ответил он.
Не смейтесь, именно так он и сказал. Тогда я спросил, а для чего он запирается у себя в доме, где нет никого посторонних? “Чтобы моя жена на меня не донесла”, – последовал ответ. То есть современный Иран – это страна, в которой люди опасаются доносов самых близких им людей. Такие режимы обычно долго стоят, но рушатся в одночасье. Однако пришел ли уже этот час, я вам сказать не могу. Да и вряд ли кто-то может…
Нет сомнений в том, что пока этот режим остается у власти, весь регион будет трясти. Не знаю, известно ли вам, к примеру, что вся тактика борьбы палестинцев с Израилем, включая использование террористов-смертников была разработана именно в Иране? Причем еще во время ирано-иракской войны. Тогда Иран задействовал в качестве шахидок маленьких девочек, на которых надевали пояса смертников. И никаких моральных метаний те, кто это делал, не испытывали.
Новые приключения итальянца в России
Моим следующим собеседником “по иранскому вопросу” стал… итальянец Анджело, владеющий в Москве компанией по предоставлению бухгалтерских и юридических услуг итальянцам, делающим бизнес в России.
Анджело оказался нашим попутчиком в обзорной поездке по Апшерону, и поразил меня не только своим великолепным русским, но и глубоким знанием древней и современной истории. Если что-то в его русском мне и мешало, так это то, что он нахватался в своей Москве всяких блатных словечек и не чувствовал, насколько сильно они входят в диссонанс с остальной его лексикой.
– Так когда же вы, наконец, победите Иран и поможете иранцам избавиться от правящих ими зверей?! – в какой-то момент воскликнул он.
– Ну зачем вы так – “звери”?! – возразил я.
– Вы не понимаете. Их полицейские или кто они там во время волнений заходили в больницы и расстреливали там раненых. Люди так не поступают!
В порыве откровения Анджело достал мобильники показал мне фотографию симпатичной девушки с израильским флагом.
– Это – моя подруга на демонстрации в поддержку Израиля в Римини, – сказал он. – Она иранка. Благодаря ей я познакомился со многими иранцами, живущими в Италии, и знаю, что это – очень талантливый, культурный и образованный народ, который ненавидит нынешний режим. Религия им по фиг (именно так Анджело и сказал!). Никого из них просто нельзя рядом поставить в этом смысле с моей мамой, которая постоянно ходит в костел. А знаете, что самое поразительное в иранцах?! На протяжении многих десятилетий, с детских лет им внушали, что страшнее страны, чем Израиль, и людей, чем евреи нет, а они каким-то образом все равно сохранили очень доброе отношение и к Израилю, и к евреям. Ну а сейчас они вообще связывают с вами все надежды…
Город добрых ветров
Что немедленно бросается в глаза в центре города, так это обилие книжных магазинов. Причем совсем немаленьких, иногда в два этажа, с отличным выбором книг на русском, азербайджанском, турецком. И во всех магазинах было немало покупателей.
В том, что бакинцы по-прежнему читают, и много читают, автор этих строк убедился, когда бродил по магазинам в поисках нужных ему книг. “Нет… Распродано… Буквально вчера продали последний экземпляр…” – говорили мне в одном магазине, затем в другом, третьем, четвертом и пятом…
— Да, слава Богу, бакинцы еще читают. Вот только жаль, что намного меньше, чем в прошлом, – заметил в разговоре со мной Фархад Нейматов.
Нейматов, кстати, является владельцем расположенного в Старом город (или, как говорят в Баку, “Крепости”) ресторана “Курбан Саид”. Для тех, кто не знает: Курбан Саид – это один из псевдонимов Льва Абрамовича Нуссимбаума, автора ставшего в Азербайджане культовым романа “Али и Нино”. А в ресторане “Курбан Саид” царит культ его автора: на стенах висят фотографии Льва Нуссимбаума разных годов, а одна стена представляет собой снимки изданий “Али и Нино”, вышедших на разных языках.
Но, самое главное, за пять лет своего существования “Курбан Саид” стал одним из излюбленных мест тусовок бакинской богемы. Здесь проводятся творческие вечера, презентации новых книг, выставок и т.д. Так что, если вы хотите потусоваться среди местных писателей, поэтов, режиссеров и художников, то вам – сюда. А вот если хотите вкусить не духовную, а обычную кошерную пищу, то вам – в расположенный неподалеку от Консерватории ресторан “Римон”, кухня которого поистине великолепна.
Кстати, Фархад Нейматов не без обиды в голосе рассказал, что никак не может навестить живущего в Беэр-Шеве брата, поскольку МВД Израиля без всяких объяснений причин отказывает ему в праве во въезд в страну. И то же, по его словам, происходит с 80% граждан Азербайджана, желающих посетить Израиль.
– Я прекрасно понимаю, что в любой стране есть граждане въезд которых крайне нежелателен, и их следует остановить. И все же пропорция между теми, кого впускают и кого останавливают, когда речь идет о дружественных странах, должна быть другой. Мы же израильтян на границе не задерживаем! – сказал Нейматов, и мне было трудно с ним в этом не согласиться.
Ферштейн идиш?
Приближалась суббота, и решение как и где ее встречать, нашлось быстро: одна из бакинских синагог оказалась в шаговой доступности, и за 70 долларов на человека там можно было приобрести право на участие в трех субботних трапезах.
Еще за полчаса до наступления субботы огромный зал синагоги заполнился до отказа, и почти то же самое было на расположенном этажом выше отделении для женщин. Публика здесь была смешанная: не меньше половины молящихся составляли ашкеназские евреи, а остальные, видимо, были горскими, или, как говорят в Израиле, кавказскими. Хотя нередко отличить одних от других невозможно, не говоря уже о том, что еще в годы существования СССР обе общины интенсивно смешивались друг с другом.
Петр Люкимсон
Молились в синагоге, что называется, истово, от души, и я невольно подумал, что, оказавшись в галуте, евреи становятся куда более близкими к своей традиции. И все же самым интересным в этой молитве были канторы.
Во-первых, их было сразу трое, а, во-вторых, у каждого был, что называется, оперный голос, так что молитва превратилась в настоящий концерт.
Уже позже выяснилось, что некий крупный российско-израильский бизнесмен и филантроп, горский еврей, приехал в родной город по делам, а заодно и пригласил с собой трех профессиональных канторов.
Была суббота недельных глав “Беар-Бехукотай” (“На горе – По моим уставам”) и глава ашкеназской общины города р. Шнеур-Залман Сегал построил свою проповедь на ассоциации между горой Синай и горскими евреями.
“Не секрет, что здесь, в Баку, горские евреи продолжали хранить связь с горой Синай и поддерживать огонь Торы. Это было нелегко, порой очень опасно, но ваши отцы это делали. Но кто знает, что труднее: хранить Тору, когда тебя за нее преследуют, из чувства противоречия, или сейчас, когда все разрешено, и это – лишь вопрос твоего личного выбора?!” – сказал он.
Ну, а затем начался субботний “кидуш” и субботняя трапеза. Ели, как говорится, что Бог послал.
А Бог послал в Баку евреям в тот день великолепный суп и жаркое (а наутро еще и чолнт) из баранины, стейки, кугель, плов, множество салатов из мяса и овощей, и, само собой, немалый выбор спиртного. Канторы продолжали петь, словно состязаясь друг с другом, а люди есть и общаться, и атмосфера за столом с каждой минутой становилась все теплее и родственней.
Рядом со мной сидели два симпатичных молодых человека, но я никак не мог понять, горские они или европейские, и, наконец, не удержался и задал этот бестактный вопрос напрямую.
– Да я вроде как и такой, и такой, – ответил один из них. – Дело в том, что мой прадед, уроженец Баку, в начале Первой мировой был призван в русскую армию, и весной 1915 года оказался в Риге. Был первый день Песаха, а у него не было ни мацы, ни места, где он мог бы как-то отметить праздник. Но, проходя по улице, он увидел за одним окном горящие свечи, стол с мацой и читающую “Агаду” семью. Прадед постучал в окно, и его тут же пригласили в дом, за праздничный стол.
Как выяснилось, это был дом главы одной из иешив Риги. Тот, узнав, что у прадеда нет мацы и вообще кошерной еды, предложил ему взять отпуск на все дни праздника и пожить у него. Ну а у раввина была красавица-дочь…
Упаси Бог, не подумайте, что между ними тогда что-то было, но когда прадеду пришло время возвращаться в казарму, они поклялись хранить друг другу верность.
В 1919 году, когда война кончилась, прадед вернулся в Ригу и попросил у раввина руки дочери. Тот поначалу отказал, однако, увидев, какие потоки слез вызвал его отказ, согласился. Но при условии, что молодые не поедут в Баку, этот “дикий мусульманский город”, а останутся жить в безопасной и такой комфортной для евреев Риге. Прадеду пришлось согласиться, но сразу после смерти тестя он уехал с прабабкой и детьми в Баку. Это, как вы понимаете, их и спасло…
Вслед за тем Биньямин Юсуфов (так, как оказалось, звали этого моего знакомого) рассказал, что другой его прадед, Биньямин бен-Йосеф, был в 1920-х годах директором советской школы в небольшом городе и, одновременно, раввином общины распложенной неподалеку еврейской деревни. Среди прочего он писал книги по Торе на арамейском, и правнуку пришлось выучить этот язык, чтобы расшифровать, перевести и попытаться издать книги прадеда, в честь которого он назван.
На утренней молитве, которую вела все та же тройка канторов, все уже были более-менее друг с другом знакомы. Одним из первых на молитву пришел типичный бреславский хасид с надетым поверх одежды нательным талитом, кучерявой бородой и длинными пейсами. На вопрос, ходит ли он так по улицам Баку, он ответил утвердительно, а вот вопроса, какую реакцию эта его одежда вызывает у прохожих, просто не понял. “А почему это должно вызывать реакцию?” – спросил он.
Точно так же на аналогичный вопрос ответил мужчина в футболке с отпечатанным на ней огромным магендавидом и надписью “Исраэль” на иврите и английском.
И все же самой памятной в ту субботу стала встреча с Исаем Зильбером – уже немолодым, но еще и совсем не старым давним прихожанином синагоги.
Заговорив со мной на маме-лошн, Исай стал рассказывать, что он – потомственный бакинец, дед был видным ученым, бабушка – известным на весь город детским врачом, но дома они говорили исключительно на идише, вот он и схватил этот язык.
В ходе дальнейшей беседы выяснилось, что Исай в свое время считался вундеркиндом, в связи с чем с девятого класса учился в Москве в физмат школе им. Колмогорова. Затем какое-то время жил в Израиле, учился здесь в разных иешивах, но в итоге вернулся в Баку, так как затосковал по родному городу.
И если честно, я его понимал – Баку и в самом деле завораживает, берет тебя в плен и не отпускает. Так что, чур меня, чур…
В правительстве Израиля рассматривают вопрос по размещению вычислительных мощностей национального суперкомпьютера за пределами страны, а именно — в Азербайджане! Проект, о котором узнали журналисты газеты The Marker, вновь показывает глубину стратегических связей, которые развиваются между Израилем и Азербайджаном: только при максимальном уровне доверия одна страна готова разместить в другой стране стратегические ресурсы такой большой важности.
Что такое «национальный суперкомьютер»? Это, конечно, не привычная нам «одна машина», пусть даже очень сильная и быстрая. Речь идет о государственной вычислительной инфраструктуре для искусственного интеллекта. На практике это огромный кластер из тысяч процессоров (GPU), соединенных в единую систему. Такие системы используют для расчетов и прогнозов, определяющих всю жизнь в государстве — в нуждах армии и обороны, научных исследований и создания новых лекарств, анализа спутниковых снимков и прогнозирования климатических изменений.
В эти дни правительство Израиля готовит решение, которое поручит создание национального суперкомпьютера для нужд израильской науки и промышленности Национальному штабу по искусственному интеллекту. Он был создан при канцелярии премьер-министра совсем недавно, в сентябре 2025 года, возможно — именно для того, чтобы передать эти работу ему, а не Совету по планированию и финансированию системы высшего образования (ВАТАТ). Штаб возглавляет бригадный генерал (в отставке) Эрез Эскель.
В Израиле эта система уже работает: национальный суперкомпьютер был созданный под руководством Управления инноваций, около тысячи его процессоров размещены в дата-центре компании Nebius в Модиине, и с января 2026 года Управление инноваций начало предоставлять субсидируемые вычислительные мощности исследователям и технологическим компаниям. Но в это же время на рынок начали выходить и частные инвесторы — так что, по оценкам экспертов, уже к концу 2026-го израильским ученым, военным и фирмам станут доступны десятки тысяч GPU.
Тем не менее? многие специалисты считают, что страна по-прежнему отстает от ведущих мировых держав в сфере развития вычислительной инфраструктуры для искусственного интеллекта. Именно поэтому, утверждая бюджет на 2026 год, министерство финансов тоже включило в него 1,3 миллиарда шекелей (около 450 млн долларов США) на создание, в течение ближайших 5 лет, инфраструктуры для ИИ — на 5000 процессоров.
Но комиссия по развитию искусственного интеллекта, созданная под руководством Яакова Нагеля (он исследовал и нужды израильской армии), рекомендовала создать значительно больший суперкомпьютер. Израилю нужен объем до 60 тысяч графических процессоров, причем уже в течение 2-3 лет. И вот тут возникла возможность сотрудничества с друзьями — но наиболее надежными, на которых можно положиться в любой момент и которым можно передать столь чувствительную инфраструктуру. Поэтому, согласно имеющейся информации, новый Штаб во главе с Арезом Эскелем намерен уже на первом этапе приобрести и разместить вычислительную инфраструктуру, около 5000 процессоров, не в Израиле, а в Азербайджане.
В ближайшее время этот вопрос может быть вынесен на голосование правительства — государство собирается выделить на суперкомьютер около 2,5 миллиарда шекелей. В Штабе убеждают, что это позволит уже всего через 6 месяцев предоставить академическим заведениям Израиля доступ к вычислительным мощностям, поскольку в Азербайджане уже есть крупные дата-центры, тогда как создание аналогичной инфраструктуры в Израиле может затянуться на годы из-за бюрократических процедур и ограничений в строительстве.
Хотя споры еще продолжаются — даже сам факт того, что Азербайджан рассматривается в качестве такого партнера (и это — единственная страна, о которой говорят в Израиле, конкурентов нет), показывает глубину сотрудничества и степень доверия. В The Marker отмечают и более широкий, геополитический контекст проекта: источники, знакомые с дебатами по этой теме, утверждают, что в проекте заинтересованы американцы, и Вашингтон поддерживает подобное сотрудничество Израиля именно с Азербайджаном.
